39 лет назад произошла авария на Чернобыльской АЭС, ставшая крупнейшей техногенной катастрофой в истории. На ликвидацию ее последствий отправились десятки, сотни тысяч человек, среди которых был житель г.Волчанска Максимов Виктор Никифорович, который является ликвидатором на Чернобыльской АЭС. Своими воспоминаниями о случившемся он поделился с сотрудниками Муниципального краеведческого музея г.Волчанска.
Виктор Никифорович-гость нашего музея.
— Виктор Никифорович, как, при каких обстоятельствах Вы узнали об аварии на Чернобыльской АЭС?
— О том, что на Чернобыльской АЭС произошла катастрофа, мы узнали всей семьей, как и все советские граждане, чуть позже — дней пять спустя после взрыва. Уже не помню, как именно, из новостей по телевизору, по-моему. Жаль людей, конечно было. О том, что я тоже окажусь на месте аварии, даже не предполагал.
— Как вам сообщили, что Вас отправляют на Чернобыльскую АЭС?
— В 1986 году мне исполнилось 30 лет. В то время я трудился на Волчанском заводе товаров народного потребления фрезеровщиком. Был обычный рабочий день. Помню, что ко мне подошёл кто-то из руководителей и сообщили о том, что вызывают в военкомат г.Карпинска. Когда приехал туда, оказалось, что меня и других мужчин из Волчанска отправляют на специальные сборы. Тут же выдали направления на медкомиссию. После уже сказали, что все мы едем в Чернобыль.
— Виктор Никифорович, Вас с группой сразу отправили в Чернобыль?
— Нет, сначала необходимо было пройти обучение. Из Волчанска добрались на поезде до Свердловска ( теперь это город Екатеринбург), затем –в летний лагерь в г. Чебаркуль. Поездка выпала на сентябрь, поэтому было относительно тепло. Уже в летнем лагере все мы проходили обучение на химиков-разведчиков и только потом самолетом до г.Белая Церковь, Украина. По прилёту группу распределили по машинам и отправились в 25-ю распределительную бригаду. Там и остались.
— Как и где вас разместили? В каких условиях вы жили?
— Разместили в палатках. День осваивались. Вечером вышли на вечернюю проверку и командир роты сказал, что едем на реактор. На кроватях ночью размещали специальные «душки», у кого они были привязаны, тех рано утром будили, чтобы остальных парней не тревожить. Каждый день нам вечером показывали фильмы, а так, в основном, спали или отдыхали.
— Вы знали, что именно будете там делать?
— Нет. Задача была поставлена только ориентировочно. Только оказавшись на месте, понял , что буду делать. Знал, что наша группа будет находиться на АЭС не больше месяца, но в случае получения дозы облучения свыше 25 рентген немедленно отправляют домой. Мы знали, что надо беречься.
Виктор Никифорович вёл записи в блокноте о количестве полученных рентген в день.
— Каким был Ваш первый день на месте аварии? Последующие дни? Было страшно?
— Мы ведь толком и не знали, с чем придется столкнуться. Наверное, поэтому и страха не было. В первый день пугала неизвестность. Что делать? Куда повезут? Никто не знал. Выехали на место аварии рано утром в грузовом бортовом «Урале». Ехали час, может больше. Смотрел в окно и видел «рыжий лес», жутко. По приезду вышли из машины, в ближайшем здании переоделись, нам объявили фронт работ: очистка территории на 3-м энергоблоке на Чернобыльской АЭС. К примеру, снимали верхний слой почвы, графит, обломки реактора обычными лопатами. Мы разбирали завалы для захоронения радиоактивных отходов. Первым на крышу бежал радиолог и замерял радиационный фон. Все, что было выше нормы, подлежало захоронению. Он кидал перчатки на те объекты, которые мы должны были убрать в первую очередь. Так и делали. На месте ликвидации мусора можно было находиться менее 15 секунд. Всё было в быстром темпе. Там в основном работали люди, потому что на той же крыше, если попробовали запустить роботов, они могли выйти из строя. Например, с нами работал робот, помогал собирать крупный мусор. Потом сразу вели нас в душ, проверяли на количество рентген. Я каждый такой выход записывал в блокнот в лагере. Каждый раз количество рентген было разным. Выезжали не каждый день. Ещё в нашу работу входила замена пушки на трубе Чернобыльской АЭС. Обратно до лагеря также дорога занимала почти час.
— А как вы были одеты, какая-то спецзащита на вас была?
— Никакой особой защиты у нас не было. Примерно раз в неделю нам просто полностью меняли обмундирование, это обычная роба с хим. пропиткой. Также Мы все были снабжены респираторами. Респираторы, в которых трудились ликвидаторы, быстро становились красными от висевшего в воздухе радиоактивного изотопа йода-131. Снимали «маску», а на лице будто рыжая краска.
— Давайте попробуем нарисовать картину, которую вы, работая в зоне АЭС, видели ежедневно.
— Жутко было видеть и слышать пустоту, мёртвое всё вокруг. Город Припять тоже «мёртвый». Нам приходилось работать в самом городе Припять. Занимались дезактивацией очистных сооружений. (не канализация) Животных вообще не видели, ни мышей, ни крыс, ни кошек, ни птиц, только собаки иногда встречались. Сердце от боли сжимается…
А ещё, как я уже говорил, бросается в глаза рыжий лес. Он как будто горелый. Сравнить можно с опавшими пожелтевшими сосновыми или еловыми ветками — лес был примерно такого цвета. Видел издалека место взрыва 4-го реактора. Всё это, конечно, поражало. Жаль, нет фотографий, да и вряд ли они получились в такой обстановке.
— Когда Вас отправили домой?
— Ликвидатором последствий на Чернобыльской АЭС я был с 16.09.1986 по 13.10.1986, провел в зоне чернобыльской катастрофы около месяца и уехал домой, когда полученная мной предельная доза радиации достигла 25 рентген. И справка таковая имеется.
25 рентген-и домой!
— Виктор Никифорович, как Вас встретили в г.Волчанске Ваши близкие? Ожидали ваш приезд?
— Для всех эта была неожиданность. Решил сделать сюрприз! Как сейчас помню, супруга Татьяна как раз хлопала ковры на улице, увидела меня, бросила всё, побежала навстречу.. Слёзы радости..
Дочка Алёнушка в детском саду была в это время. Пошел за ней. Их группа как раз гулять собиралась. Я был в форме, зову её, а она испугалась, думала дядька какой-то её зовет! Маленькая ещё была, 6 годиков. Потом узнала, прыгнула на шею! А примерно через год после этой поездки и сын родился-Сергей.
-Как Вы получили статус: «Ликвидатор на Чернобыльской АЭС?» У Вас есть награды?
— Каждое действие имеет последствие. Для меня это 3-я группа инвалидности, которую я получил в 1994 году. Да, у меня есть награды, это: нагрудный знак к 25-летию аварии, медали к 30-й и 35-й годовщине аварии на ЧАЭС. В 2000 году я награждён Орденом мужества. Родные и близкие меня поддерживают. Каждый год эту даты мы обсуждаем, хотя я не хочу об этом вспоминать и не считаю себя героем. Если не мы, то кто бы это сделал? В последние годы мы с земляками-чернобыльцами собираемся на митинг у памятника Волчанцам-участникам ликвидации последствий на Чернобыльской АЭС почтить память погибших «чернобыльцев» в парке культуры и отдыха «Комсомольский».
-Спасибо Вам, Виктор Никифорович, всем нашим волчанцам- участникам ликвидации аварии и низкий поклон всем, кто отдал свои жизни и здоровье, чтобы ликвидировать аварию на Чернобыльской АЭС и не только.
Интервью с ликвидатором ЧАЭС провела Шарф Алена Викторовна (методист краеведческого музея г.Волчанска)
PS: сотрудники нашего Краеведческого музея с радостью встретятся с другими ликвидаторами ЧАЭС, живущими в городе Волчанске, чтобы услышать другие истории. Сбор сведений также ведется для публикации брошюры о героях Чернобыля Волчанска. Для встречи обращайтесь по адресу: ул.Кооперативная,22 или по тел.: 8(34383)5-70-84
